Автор
Воскресенье. Поговорим о Боге. Простые вопросы. Вообще, я считаю, вопросы к Богу и к религии могут быть только простые. И они, как правило, самые неудобные. Чтобы заболтать ответ на них, мы придумываем, что, дескать, это так все сложно-духовно, «непростые вопросы». Но, по крайней мере в случае христианства, Иисус обращался к «немудрым мира сего», а не к докторам богословия, не так ли? Понятно, что мы ограниченным человеческим умом не в состоянии найти ответы на ВСЕ вопросы мироздания, постичь все глубины божественной мудрости. Но если речь идет о ПОСЛАНИИ Бога человеку, то оно предполагает вопрошание и вразумительный простой ответ на него, коль уж Бог желает, чтобы это как-то определило нашу жизнь и поведение.
***
Итак. Один из таких вопросов: почему такое резкое разделение – одни в рай, в вечное блаженство, другие в ад, в вечное мучение? И третьего не дано. Первейший и главный вопрос, правда? Спроси любого верующего, чем он озабочен прежде всего? Нет, не тем, как «возлюбить ближнего», а тем более Бога. «Что меня ждет в жизни вечной? Куда я попаду? Куда попадут мои ближние?»
В былые жестокие времена ответ был как раз прост: вот тебе церковь, получи с рождения членский билетик в виде крещения, вот тебе список, чего нельзя делать, а если сделаешь, то не страшно, и даже еще лучше: будет что сказать на исповеди, без которой никак нельзя и не смиренно, смотри только, чтоб до смерти успеть. А если «нехристь» или помер внезапно, не успев поисповедоваться, то туда тебе и дорога. Даже младенцы некрещеные идут в ад. В обществе, построенном на сословной иерархии, где почти все зависело от того, где и кем ты родился, это было понятно и не вызывало вопросов. Если ты из «благородных» , одно будущее, если из «простых» – другое. А какой ты там человек, умный или дурак, злой или добрый, порядочный или проходимец, это дело третье. И это справедливо. Как и то, что одного барин может пригреть, а другого выпороть на конюшне просто по настроению.
Но наступил век равенства и просвещения. Человек все больше стал оцениваться по тому, кем он есть сам по себе, а не кем он родился и на что обречен. И тогда, если все равны, и Бог любит всех нас, то почему кого-то он ублажает вечным блаженством, а кого-то отправляет на вечное мучение? Ну, ладно б еще, как любящий отец, отхлестал по попке для вразумления, но нет: мучайся теперь вечно. Похоже это даже для большинства, ибо «много званых, но мало избранных». Все-таки не всех любит, кого-то избирает? Нет-нет, сейчас мы вам все объясним.
Это просто любовь такая: одних греет, а других обжигает. И зависит это от вас, от вашего внутреннего состояния. Бог бы и рад был бы, чтоб вам было хорошо. Но кито ж виноват, если вы сами такое выбрали. «Скажи маленькая, что ты хочешь? Чтобы тебе оторвали голову или ты поедешь на дачу?» Не хочешь на дачу, значит оторвем голову. Все зависит от тебя.
«Главным судьей самому себе буду в первую очередь опять же я сам. А заодно — и прокурором, и палачом. Это я вынесу себе и своей жизни приговор и сам приведу его в исполнение.»
«На фресках и иконах Страшного Суда мы видим, как один и тот же свет, исходящий от Престола Божия, для одних превращается в райский свет, для других – в адский огонь.
И праведники, и грешники одновременно пребывают в присутствии Божием. Но одними оно ощущается, как бесконечная радость, другими — как беспрерывное страдание. И Царство Небесное, и Ад мы несём внутри себя. Они становятся частью нашего «я».
Бог не присуждает никого к вечным адским мукам. Ад вырастает изнутри нас, как следствие нашего выбора — свободы отделиться от Бога. И пожирает нас, как раковая опухоль, и в этой, и в будущей жизни.Праведник радуется от того, что рядом Тот, Кого он всю жизнь любил и искал. Грешник мучается от того, что рядом Тот, от Кого он всю жизнь пытался скрыться.»
(Из телеграм-канала священника Иоанна Бурдина)
Совершенно мне непонятно, откуда вот это трафаретное представление о людях, которые будто бы легко делятся на тех, кто Бога «любил и искал», и на тех, кто «всю жизнь пытался скрыться» от него. И пишет это пастырь, который прекрасно знает, что не делятся так люди в реальной жизни, что то и другое в разной пропорции, но есть в каждом человеке. Человечество не делится на исключительно добрых и исключительно злых, на праведников с бесконечной радостью от Бога и грешников с беспрерывным страданием от него же. Нет такой бинарности. Если бы все это зависило исключительно от внутреннего состояния человека, то, как минимум, была бы градация промежуточных состояний между раем и адом.
Прекрасно знает это наш проповедник, но вынужден подгонять реальность под желательный ему ответ. Ведь иначе придется признать, что нельзя эту бинарность иначе объяснить, кроме как вмешательством свыше. Тем, Который ИЗБИРАЕТ. Как отсортировывают овощи на годные и гниль. Более того, церковное предание даже нарочито напирает на то, что участь человека может вмиг решиться за счет какой-то мелочи или случайности: кто-то спасся благодаря луковке, а кто-то погиб из-за секундной слабости, не успев добежать до исповеди. И не угадаешь, что сработает в итоге. А это, чтоб карась не расслаблялся и не дремал, а трепетал. Какая уж тут любовь…