Автор
На днях в Питере скончался духовник Александро-Невской Лавры архимандрит Виталий (Радомысльский).
Нынче мало кому из беларусов что-то говорит это имя. Между тем он был одной из наиболее незаурядных и ключевых политических фигур в процессе становления независимого белорусского государства в начале 90-х. И как ни странно, несмотря на принадлежность к клиру РПЦ, один из самых заметных представителей демократической оппозиции в судьбоносном Верховном Совете XII-го созыва.
Люди постарше должны помнить этого необычного оратора на оппозиционных митингах: в подряснике и со скуфией, которую во время эмоционального выступления нередко зажимал в руке, наподобие того, как Ленин кепку. Это был один лучших ораторов оппозиции, говорил он грамотно, убежденно и даже, можно сказать, страстно. Он не был националистом, его доминантой был антикоммунизм и демократизм.
Состав Верховного Совета XII-го созыва (1990 — 1995 гг.), несмотря на его избрание еще при СССР и власти КПСС, отличался наибольшим политическим разнообразием и вошел в историю страны как апофеоз демократии, впоследствии задушенной режимом Лукашенко. Кроме Декларации о государственном суверенитете этот Верховный Совет принял также в качестве государственных символов бело-красно-белый флаг и герб «Погоня».
Поскольку тогда еще в РПЦ не существовало требования о неучастии клириков в выборных органах власти, XII-ый созыв Верховного Совета оказался уникальным и тем, что среди его депутатов было три священнослужителя Белорусской православной церкви: митрополит Филарет (Вахромеев), протоиерей Александр Дзичковский из Баранович и священник Виктор (впоследствии с принятием монашества Виталий) Радомысльский из Орши. При этом они находились на разных, даже самых противоположных флангах политического спектра этого собрания. Прот. А. Дзичковский полностью следовал в русле правящего проправительственного большинства, а свящ. В. Радомысльский был близок к фракции БНФ. А где-то посередине митрополит Филарет. Но все они вошли в историю как «отцы независимости».
И никого не удивляла в эти достославные времена политическая активность священнослужителей и крайний разброс их политической ориентации. Я сам был свидетелем, как в перерыве между заседаниями митрополит Филарет и отец Виталий Радомысльский вместе приезжали на обед в епархиальное управление.
Лидер оппозиции Зенон Позняк, как говорили, души не чаял в этом батюшке-депутате. Часто они вместе один за одним выступали на митингах. Вот только финал этой политической карьеры оказался неожиданным и даже для многих шокирующим — внезапно в критический момент предвыборной президентской кампании он выступил на телевидении в поддержку Кебича, кандидата от номенклатурной власти.
После выборов отец Виталий резко исчез с политического поля. Похоже, что просто потерял себя в этом плане: и с оппозицией порвал, и ставка на Кебича не сыграла. Потом служил некоторое время в церкви Марии Магдалины в Минске, и уже тогда стали доходить сведения о его каком-то невероятном мировоззренческий перевороте буквально на 180 градусов: из демократа белорусской национальной направленности он превратился в самого крайнего монархиста российского имперско-шовинистического толка. Почему так произошло, это загадка. Что-то, видимо, у него сломалось в душе после этих выборов. Впоследствии отец Виталий перебрался в Россию, в Санкт-Петербург, откуда он и родом, где подвизался в Лавре, закончив жизнь ее духовником. Сейчас в связи с его кончиной посмотрел, что там за проповеди были у него. Похоже, уже полностью лишенные политического характера, все такое глубоко-духовное в старческом стиле.